mgalenobl.ru

Менталитет наций

Оглавление


Австралийцы

Испанцы

Немцы

Американцы

Австрийцы

Датчане

Французы

Греки

Итальянцы

Японцы

Швейцарцы

 Самосознание
 Федерализм по-швейцарски
 Сердца трех
 Какими они видят себя
 Какими они видят других
 Какими их видят другие
 Характер
 Чтобы жизнь медом не казалась…
 Не расслабляйся!
 Ценности и верования
 Звон колоколов!..
 Тихие песни о главном
 Зарплаты и цены
 Поведение и манеры
 Что в имени тебе моем?…
 Что за манеры!
 Юношеский максимализм
 Пристрастия и предрассудки
 Досуг и развлечения
 Лыжный рай
 Беседы на проселках
 Лето – это маленькая жизнь
 Нелегкий отдых
 У домашнего экрана
 Еда и напитки
 «мюсли» и скакуны
 Напитки
 Здравоохранение
 Лекари и знахари
 Любимые болячки
 Туалет и туалеты
 Обычаи и традиции
 Швейцарский календарь
 Народная музыка
 Правительство и бюрократия
 Сумасшедшая демократия
 Голосуйте за меня!
 Ваши документы, пожалуйста!
 Бизнес
 Стресс как двигатель прогресса
 Время – это все
 Налоги на бреющем полете
 Трудовые отношения
 Торговля: кто, где и чем торгует?
 Системы
 Проверки на дорогах
 Шел трамвай девятый номер…
 Образование
 Труба зовет
 Преступление и наказание
 Язык
 Языковые барьеры
 Язык английский, акцент швейцарский
 Об авторе
 Оздоровление, лечение и отдых на курорте Трускавец


Калейдоскоп

Областные слова


 Главная
     Швейцарцы
          Сумасшедшая демократия

Сумасшедшая демократия

Федеративная система народовластия в Швейцарии похожа на демократию, доведенную до абсурда. Если швейцарцам удается собрать нужное количество подписей, они могут поставить на всенародный референдум практически любой вопрос. Только природное благоразумие до сих пор не позволило им выдвигать на плебисцит такие предложения, как «Всем – бесплатное пиво!».

В швейцарском парламенте нет той конфронтационности, при которой «правые» с ходу отвергают все, что предлагают «левые», и наоборот. Вообще говоря, в Швейцарии нет оппозиции в традиционном смысле слова, оппозиции по отношению к правительству. Между тем швейцарцы все более и более склонны держать под строгим контролем политический курс правительства. Предоставленное само себе, правительство уже давно могло бы загнать страну в Европейский союз, включить свой национальный контингент в состав сил ООН, а налог на добавленную стоимость был бы введен уже давным-давно. Но швейцарское правительство обязано ежеквартально «советоваться с народом», который свое мнение о правительственных предложениях по политике страны высказывает, опуская свои бюллетени в урны для голосования.

В одной из двух равноправных палат швейцарского парламента – Национальном Совете – заседают 200 депутатов. Члены Совета избираются на основе принципа пропорционального представительства. В парламенте представлены десять политических партий, там заседают также шесть независимых депутатов и еще четыре депутата фигурируют в списках членов Совета под загадочной рубрикой «другие». Десять партий представляют практически весь классический партийный спектр, характерный для стран Европы. Радикальные демократы, представляющие левых либералов, более или менее уравновешены традиционными правыми – христианскими демократами. «Красным» социалистам и «зеленым» экологистам противостоит «буржуазный» блок. При всей пестроте политического спектра и многоцветий партий, ведущих политическую борьбу и парламентские дебаты, общий результат получается нейтрально-серым.

Те, кто недоволен пропорциональной системой, могут найти некоторое утешение в существовании другой, менее многочисленной палаты – Совета Кантонов. Каждый кантон – вне зависимости от численности населения – избирает в это подобие сената (не имеющее, однако, более высокого по отношению к Национальному Совету статуса) по два представителя. «Один кантон – два сенатора» – этот принцип был принят для того, чтобы обеспечить представительство в этой палате и тем членам федерации, которые имеют статус полукантона.

В Швейцарии нет ни главы правительства, ни главы государства, то есть ни премьер-министра, ни избираемого на длительный срок президента. Представительские и церемониальные функции выполняет «дежурный» член Федерального Совета, швейцарского правительства. Его полномочия в чисто номинальной роли председательствующего в Федеральном Совете длятся в течение года, после чего на его место избирается другой член правительства. Кто-то все-таки ведь должен принимать высоких иностранных гостей и верительные грамоты послов. Вот для этого – и только для этого – и выбирается президент. В остальном исполнительная ветвь власти в Швейцарии вполне обходится без постоянного начальника. Рядовые швейцарцы порой даже не могут назвать имени такого «исполнителя роли президента». Уж больно мимолетен его мандат – и для них, и для него самого.

Швейцарская форма государственного управления, кажется, должна была бы давно – и почти с абсолютной гарантией – привести страну в безвыходный политический тупик, к государственно-правовому хаосу и, наконец, к полному коллапсу и развалу государства. Между тем ничего подобного не происходит. Потому ли, что в Швейцарии отсутствуют институты вотума недоверия и импичмента, по другим ли причинам, но политическая система страны и здание ее государственного управления являются едва ли не самыми устойчивыми во всем мире. А раз так, то участники фондовых рынков, промышленники и другие бизнесмены могут спокойно заниматься своими делами, не обращая никакого внимания на политическую погоду и изменения политического климата.

Однако ответственность каждого швейцарца за его непосредственное участие в управлении страной часто служит источником стрессов. И, увы, кое для кого это бремя оказывается слишком тяжким: не менее 12 процентов тех швейцарцев, которые покидают сей бренный мир до наступления 72 лет, расстаются с жизнью по своей воле.


... предыдущая страница     следующая страница...